Судан

Дарфур, как и прежде, был охвачен вооружённым конфликтом. Участились нападения и случаи нарушения международного гуманитарного права всеми участниками конфликта. Нападение на Омдурман, совершённое в мае оппозиционной группировкой с территории Дарфура, спровоцировало волну внесудебных казней, произвольных арестов и незаконных задержаний, пыток и жестокого обращения со стороны сотрудников Службы национальной разведки и безопасности (СНРБ) и полиции, в основном направленных против уроженцев Дарфура и представителей народности загава. В результате майских боёв в городе Абией, расположенном на границе между северным и южным Суданом, свыше 50 000 человек стали вынужденными переселенцами, а сам город был полностью разрушен. Прокурор Международного уголовного суда (МУС) потребовал выдачи ордера на арест Президента Омара аль-Башира за военные преступления, преступления против человечности и геноцид.

По-прежнему выносились смертные приговоры, при этом суды приговаривали к казни как мужчин, так и женщин и детей моложе 18 лет. Спецслужбы жёстко ограничивали деятельность прессы и журналистов.

Краткая справка

В январе началось развёртывание Совместной миссии ООН и Африканского Союза (АС) в Дарфуре (ЮНАМИД), однако по состоянию на конец года лишь половина из предполагаемых 26 000 миротворцев прибыла к месту дислокации. Миссия испытывала нехватку необходимого снаряжения.

В апреле впервые более чем за 20 лет состоялась перепись населения. Перепись была одним из важнейших условий Всеобъемлющего соглашения о мире (ВСМ), положившего конец затянувшемуся на долгие десятилетия конфликту на юге Судана и ставшего важным шагом на пути к намеченному на 2011 год референдуму по вопросу о независимости Южного Судана. Результаты переписи оказались неоднозначными. Так, они не отражали всего многообразия суданского общества, поскольку в переписи не участвовали уроженцы Дарфура и жители юга.

Десятого мая базирующаяся в Дарфуре вооружённая оппозиционная группировка «Движение за справедливость и равенство» (ДСР) перенесла конфликт из Дарфура в Хартум, напав на город-спутник столицы Омдурман. Нападение было отбито вооружёнными силами Судана.

«В 2008 году заметно возросло количество нападений на деревни, что вынудило 270–300 тысяч человек в течение года покинуть свои жилища...»

В июне новым посредником ООН и АС в Дарфуре был назначен Джибрил Йипене Бассоле, сменивший специальных посланников ООН и АС по Дарфуру Яна Элиассона и Салима Ахмеда Салима.

В июле правительство приняло новый закон о выборах. Власти также объявили о назначении следующих президентских выборов на июль 2009 года, что стало ещё одним важным шагом к референдуму 2011 года.

На обсуждении парламента страны находился проект нового Уголовного кодекса, включающего преступления, предусмотренные международным правом, который, однако, не был принят по состоянию на конец 2008 года.

В конце октября президент и правящая партия «Национальный конгресс» (ПНК) организовали форум, посвящённый поискам разрешения конфликта в Дарфуре. Так называемая «Суданская народная инициатива» вызвала острые разногласия и была встречена бойкотом со стороны 13 оппозиционных группировок. Предполагалось, что результаты встречи лягут в основу мирных переговоров, которые Катар предложил провести в Дохе. По состоянию на конец 2008 года велись переговоры с целью склонить основные оппозиционные группировки, такие как ДСР, к участию в мирном процессе.

Международное правосудие

14 июля прокурор МУС Луис Морено Окампо обратился в Досудебную палату МУС с ходатайством о выдаче ордера на арест Президента Омара аль-Башира. В ходатайстве перечислены 10 пунктов обвинений в военных преступлениях, преступлениях против человечности и геноциде, которые, предположительно, были совершены по «непосредственному приказу» Президента аль-Башира.

Это известие совпало по времени с нападением на миротворцев ЮНАМИД, заставив привести контингент в полную боевую готовность и временно эвакуировать вспомогательный персонал ООН и действовавшие в Дарфуре НПО.

Узнав об этом ходатайстве, государства-члены АС, Лиги арабских государств и организации «Исламская конференция» призвали отложить данное дело согласно статье 16 Римского статута МУС.

В октябре власти объявили о том, что задержан бывший лидер «Джанджавид» Али Кушейб, которому МУС предъявил обвинение в 2007 году, и что он будет находиться под стражей до начала разбирательства по его делу в специальном суде в городе Эль-Дженейна (западный Дарфур). Утверждалось, что суд над Али Кушейбом начнётся в октябре, однако по состоянию на конец года этого не произошло. Поступали неподтверждённые сведения о том, что он свободно перемещается по территории Дарфура.

Ахмад Харун, которому МУС также предъявил обвинение в 2007 году, по-прежнему занимал пост министра по гуманитарным делам.

20 ноября прокурор потребовал выдать ордера на арест трёх командующих вооружёнными отрядами оппозиции, действовавших в Дарфуре.  Их имена не назывались. Командующих обвинили в военных преступлениях, совершённых во время нападения на Миссию АС в Судане (МАСС) в декабре 2007 года, в ходе которого погибло 12 миротворцев.

Вооружённый конфликт в Дарфуре

Обострился конфликт в Дарфуре, увеличилось количество нападений и нарушений международного права всеми участниками конфликта. В 2008 году заметно возросло количество нападений на деревни, что вынудило 270–300 тысяч человек в течение года покинуть свои жилища и стать вынужденными переселенцами. Несмотря на присутствие контингента ЮНАМИД, не прекращались повсеместные нарушения прав человека.

ЮНАМИД испытывала серьёзную нехватку кадров и военного снаряжения. ЮНАМИД, которая на 31 октября располагала всего 11 415 военными миротворцами при поддержке 721 гражданского представителя международных организаций, 1393 вольнонаёмных из числа местных жителей и 246 волонтёров ООН, оказалась неспособной осуществлять свой мандат в Дарфуре. Нехватка штурмовых вертолётов и большегрузного наземного транспорта ограничивала возможности миссии по защите гражданского населения и собственных подразделений. В течение года в различных столкновениях погибло 17 миротворцев. ЮНАМИД неоднократно оказывалась неспособной защитить от нападения мирных жителей Дарфура.

В 2008 году достигли критической точки нападения на гуманитарные конвои, что вынудило руководство Всемирной продовольственной программы наполовину сократить поступление гуманитарной помощи в Дарфур. В период с января по октябрь погибло 11 сотрудников гуманитарных организаций. Эскалация нападений на сотрудников гуманитарных организаций наряду с угоном автомобилей и похищениями людей сокращали возможности НПО и специальных учреждений по оказанию помощи, препятствуя доступу в наиболее пострадавшие населённые пункты Дарфура.

Семья суданских беженцев стоит перед времянкой, сооружённой из подручных материалов, в Фигероа (восточный Чад), март 2008 года

© UNHCR/H. Caux

• В январе вооружённые силы Судана сделали попытку восстановить контроль над северным коридором в западной части Дарфура, отбив его у ДСР. Они начали наступление на расположенные на западе Дарфура деревни Абу-Сурудж, Сараф-Джидад, Силеа и Сирба. Наземные операции вооружённых сил, в которых участвовали и отряды «Джанджавид», сопровождались бомбардировками с воздуха. Весь район оказался закрытым для гуманитарных организаций и ООН с середины декабря 2007 по март 2008 года. В результате наступления не менее 30 000 человек были вынуждены покинуть свои дома и стать вынужденными переселенцами в районах, зачастую недоступных гуманитарным организациям. В ходе нападений не делалось различия между мирным населением и боевиками, при этом и правительственные войска, и спецподразделения грабили и поджигали деревни на своём пути. Уничтожение гражданского имущества было обычным делом, а 115 мирных жителей были убиты. Поступили сообщения о нескольких изнасилованиях в деревне Сирба, совершённых во время военных действий и по их окончании.

• 25 августа сотрудники СНРБ предприняли попытку проникнуть на территорию лагеря «Калма» в южном Дарфуре в поисках оружия и наркотиков. В лагере «Калма» — самом большом лагере вынужденных переселенцев (ВП) в Дарфуре — обитает более 90 000 человек. В ответ на отказ обитателей лагеря впустить сотрудников СНРБ последние открыли огонь и, по имеющимся сведениям, обстреляли лагерь из артиллерийских орудий. Вход и выход из лагеря были запрещены. Запрет распространялся на раненых и сотрудников гуманитарных организаций. Более 47 мирных жителей погибли. ЮНАМИД осталась в стороне от событий.

Насилие над женщинами и девушками

Как и прежде, гендерное насилие оставалось распространённым явлением, включая изнасилования и другие формы сексуального насилия.

Власти по-прежнему препятствовали деятельности целого ряда НПО, занимающихся проблемой насилия в отношении женщин. По имеющим-ся сведениям, в 2008 году усилилось вмешатель-ство Комиссии по гуманитарной помощи, созданной властями с целью контроля и координации гуманитарной деятельности в Дарфуре. Кроме того, Amnesty International на протяжении года получала достоверные сведения о притеснениях сотрудников гуманитарных организаций, занятых решением проблемы межполового сексуального насилия, со стороны СНРБ.

В отчаянной попытке оградить своих жён и детей от конфликта мужья продолжали отправлять их в столицу; в конечном итоге им приходилось ютиться в пригородных лагерях для ВП, зачастую в крайней нужде.

Абией и Южный Судан

Выполнение ВСМ затруднялось разногласиями между ПНК и Национально-освободительным движением Судана (НОДС). Конфликты происходили по таким вопросам, как демаркация границы между севером и югом, перепись населения и возвращение южан из Хартума в Южный Судан.

К маю подразделения армии Южного Судана и суданских вооружённых сил окружили город Абией, расположенный в нефтеносном районе на границе между севером и югом.

В мае начались бои между двумя армиями, в результате которых свыше 50 000 человек стали вынужденными переселенцами, а город оказался полностью разрушен.

8 июня ПНК И НОДС согласовали в Абиейе «Дорожную карту» по разрешению кризиса в регионе.

Произвольные аресты и задержания

По официальным данным, в результате нападения отрядов ДСР на Омдурман 10 мая, отражённого правительственными войсками, погибло более 220 человек. После нападения правительственные подразделения прочесали Омдурман, арестовывая всех подряд: мужчин, женщин и детей, похожих на уроженцев Дарфура, а также всех подозреваемых в симпатиях к оппозиционным группировкам, в особенности представителей народности загава. Арестовали сотни мирных жителей; поступали сообщения о внесудебных казнях, пытках и жестоком обращении. Множество людей оказалось в неофициальных местах заключения без права сообщения с внеш-ним миром. Самым младшим из таких заключённых был девятимесячный ребёнок, которого вместе с матерью продержали два месяца в подвале тюрьмы. По меньшей мере один человек скончался от жестокого обращения под стражей в первые две недели после арестов.

Вскоре после этого нападения власти объявили по национальному телевидению о том, что в центры социальной реабилитации помещено более 80 детей, арестованных в ходе спецоперации в Омдурмане. По словам чиновников, детей — некоторым из них едва исполнилось 11 лет — арестовали в военной форме и с оружием в руках. Стало известно о жестоком обращении с детьми в первые дни заключения, однако затем власти разрешили им свидания и позднее освободили.

Хотя многие арестованные были освобождены, местонахождение и судьба множества задержанных по-прежнему неизвестны.

Несправедливые судебные процессы и смертная казнь

Как и ранее, суды выносили смертные приговоры, в том числе женщинам и детям, не достигшим 18 лет.

Комитет по правовой реформе пересмотрел закон 2004 года «О ребёнке», направив его на дальнейшее обсуждение в кабинет министров. Поправки к закону определяют ребёнка как лицо, не достигшее 18-летнего возраста, и поднимают возраст уголовной подсудности до 18 лет. Тем не менее, до вступления указанных поправок в силу продолжает действовать закон «О ребёнке» 2004 года, который ставит детей моложе 18 лет под угрозу унижающих достоинство и бесчеловечных наказаний, включая смертную казнь, если в момент совершения преступления они выглядят «физически зрелыми».

После нападения ДСР на Омдурман верховный судья учредил пять специальных антитеррористических судов, впервые применив принятый в 2001 году закон «О противодействии терроризму». Первоначально специальные суды приняли к рассмотрению дела 37 поименованных лиц. В июне, июле и августе перед этими судами предстало более 50 обвиняемых. Всего к рассмотрению в специальных судах назначено 109 дел.

На конец августа по итогам несправедливых судебных процессов специальные суды вынесли 50 смертных приговоров. Суды во многих отношениях не отвечали международным стандартам справедливого разбирательства. Некоторым обвиняемым дали возможность встретиться с адвокатами лишь после начала суда, а ряд приговоров был вынесен на основании признаний, полученных под пыткой.

Группа юристов, в основном членов Ассоциации адвокатов Дарфура, объединилась в комитет защитников, по собственной инициативе предложив защищать многих обвиняемых в специальных судах. Эти адвокаты обратились с протестом в Конституционный суд, пытаясь оспорить конституционность антитеррористических судов. Суд отклонил их протест.

После вынесения смертных приговоров адвокаты попытались обжаловать вердикты и приговоры. По состоянию на конец 2008 года ходатайства ещё находились на рассмотрении Специального апелляционного суда.

• 22 мая по распоряжению Конституционного суда был казнён Аль Тайеб Али Ахмед Абдель Рахман. Казнь состоялась через три часа после уведомления родственников и адвокатов осуждённого о том, что приговор будет приведён в исполнение. К казни его приговорил Специальный суд Эль-Фашера 27 января 2004 года по итогам несправедливого судебного процесса без участия адвоката. Тем не менее, Конституционный суд оставил в силе вынесенный смертный приговор. Бывший член Освободительной армии Судана (ОАС, фракция Минни Минави), Аль Тайеб был признан виновным в участии в операциях ОАС, включая нападение в 2003 году на аэропорт Эль-Фашера. Конституционный суд отклонил апелляцию, поданную за несколько часов до казни. Минни Минави, который сейчас является советником президента, потребовал амнистировать Аль-Тайеба согласно условиям Дарфурского мирного соглашения, однако это требование было оставлено без внимания.

Свобода выражения мнений и положение журналистов

В 2008 году спецслужбы подавляли прессу и журналистов сильнее, чем когда-либо с момента принятия в 2005 году в рамках выполнения ВСМ Временной национальной конституции, положения которой гарантировали свободу выражения мнений и свободу печати.

В феврале возобновилась цензура частных изданий. В это время многие местные газеты писали о связях суданских властей с чадскими оппозиционными группировками, напавшими на столицу Чада Нджамену. В ответ сотрудники СНРБ возобновили ежедневные инспекции редакций газет и типографий. Повсеместным явлением стали нападки на журналистов со стороны СНРБ: одних журналистов запугивали и притесняли, других арестовывали и задерживали, особенно в дни, последовавшие за нападением.

Возобновившаяся в феврале цензура действовала и в конце 2008 года. Четвёртого ноября свыше 100 журналистов (мужчин и женщин) объявили однодневную голодовку протеста против репрессий в отношении прессы и постоянного ущемления свободы выражения мнений. Трое суток три газеты не выходили в знак солидарности. В ответ власти приостановили их деятельности на сутки.

• Аль Гали Йяхья Шегифата, журналиста и президента Ассоциации журналистов Дарфура, арестовали вскоре после майского нападения на Омдурман. Свыше двух месяцев его продержали под стражей без права сообщения, постоянно пытая. Ему отказали в праве на адвоката, а его родным не разрешили свидания с ним и даже не сообщили о его местонахождении. Ему не предъявили никаких официальных обвинений.

Правозащитники

24 ноября СНРБ арестовала в Хартуме трёх видных правозащитников: Амира Сулеймана, Абделя Монима Эльгака и Османа Хумейда. Во время нахождения под стражей их пытали. Затем их освободили. Amnesty International признала всех троих узниками совести, задержанными исключительно за мирное осуществление права на свободу выражения мнений и объединений.

Доклады Amnesty International о ситуации в стране

Displaced in Darfur: a generation of anger («Переселенцы в Дарфуре: поколение гнева», на англ. яз.) (1 января 2008)