Азиатско-Тихоокеанский Регион

20 мая в городке Кавхму, расположенном в окрестностях Янгона (ранее Рангун), власти Мьянмы запретили отчаявшимся людям, пережившим циклон «Наргис», просить милостыню на улицах. При этом тех, кто пытался помочь пострадавшим, власти наказывали. Фактически они лишили пострадавших от циклона всякой возможности получать неофициальную помощь. Тремя неделями ранее циклон «Наргис» опустошил значительную часть юга страны. Десятки тысяч человек погибли, сотни тысяч были вынуждены покинуть свои дома.

Циклон, по-видимому, также рассеял последние сомнения в том, в состоянии ли репрессивная политика правительства повергнуть население страны в нищету. Мир с ужасом наблюдал, как правительство Мьянмы — Государственный совет мира и развития (ГСМР) — упорно не признавал масштаб катастрофы и не оказывал достаточной помощи пострадавшим от циклона, число которых, по оценкам, составляло 2,4 миллиона человек. На протяжении трёх недель, когда пострадавшие больше всего нуждались в помощи, крыше над головой и лекарствах ГСМР также отказывался от международной помощи и блокировал доступ к дельте реки Аеярвади (Иравади). Спустя неделю после циклона, когда люди ещё боролись за выживание, ГСМР направил столь необходимые ресурсы на проведение формального референдума о принятии новой, крайне несовершенной Конституции. Намеренно отказавшись от жизненно необходимой зарубежной помощи и практически самоустранившись от ликвидации последствий циклона, ГСМР тем самым нарушил права сотен тысяч человек на жизнь, питание и здоровье.

Во многих странах Азиатско-Тихоокеанского региона сотни миллионов человек страдали от действий своих правительств, которым они либо не могли, либо боялись что-то противопоставить. Миллионы людей впадали в нищету по мере роста цен на продукты питания, топливо и другие товары широкого потребления, отчасти обусловленного мировым финансовым кризисом. Правительства отказали большинству из них в праве хоть как-нибудь повлиять на политику реагирования на подобные кризисы.

Однако события вокруг циклона «Наргис» оказались настолько из ряда вон выходящими, что соседи Мьянмы по Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), а также Китай — основной сторонник Мьянмы на международной арене — не смогли остаться безучастными. Хотя правительства этих стран ранее заявляли, что международные права человека не сочетаются с «азиатскими ценностями», угрожают государственному суверенитету и противоречат примату экономического развития, перед лицом столь масштабной катастрофы АСЕАН публично призвала власти Мьянмы принять помощь. Ассоциация также взяла на себя важную роль посредника между ГСМР и международным сообществом.

Ещё более показателен тот факт, что правительство Китая ввиду масштаба этой катастрофы (а также из стремления защитить свой имидж перед Олимпийскими играми 2008 года) отошло от своей давней позиции невмешательства в дела других суверенных государств и, по-видимому, использовало своё значительное влияние, чтобы убедить ГСМР согласиться на предложения помощи от других стран. Олимпийские игры в Пекине и связанное с ними повышенное внимание Китая к своему имиджу возродили надежду на то, что ситуация с правами человека в стране в целом улучшится. Именно эта надежда стала одной из причин того, почему Международный олимпийский комитет остановил свой выбор на Пекине. В действительности же, вопреки ожиданиям, подготовка к олимпийским играм омрачилась усилением репрессий по всей стране: власти ужесточили контроль над правозащитниками, последователями религиозных учений, этническими меньшинствами, адвокатами и журналистами. Китайские власти принудительно выселили тысячи пекинцев из их домов, а тех, кто осмеливался оспаривать действия правительства, наказывали.

Как спортивное событие Игры многих поразили своим великолепием. Они наглядно подтвердили способность правительства эффективно распоряжаться большими ресурсами и показали, что Китай занял своё место в ряду ведущих мировых держав. С другой стороны, после Игр стало ясно, что страна, способная организовать подобное зрелище, может и должна оправдать надежды своих граждан на улучшение ситуации с соблюдением прав человека. В частности, речь идёт о правах миллионов людей, которые лишены возможности вкусить свою толику плодов феноменального экономического развития страны.

Ущемление прав

Долгие годы китайское правительство проводило экономическую политику в буквальном смысле за счёт примерно 150 миллионов рабочих-мигрантов: массы людей стекались из сельской местности в трущобы быстро растущих китайских городов. Но с окончанием олимпийского строительного бума и на фоне разворачивающегося мирового экономического кризиса будущее миллионов рабочих-мигрантов туманно. К концу года они потянулись обратно деревни, без надежды на то, что рост экономики продолжится, и при этом зная, насколько их жизнь не похожа на быт обеспеченных горожан из среднего класса. Напряжённость, вызванная этим разрывом и осознанием неравенства между богатыми и бедными, горожанами и сельчанами, привела к многочисленным выступлениям протеста по всему Китаю.

Вынужденные переселенцы ищут прибежища. Район Килиноччи (Ванни). Шри-Ланка.

В Азиатско-Тихоокеанском регионе одни из богатейших стран мира (такие как Япония, Южная Корея, Китай, Австралия) соседствуют с беднейшими (Северная Корея, Мьянма, Афганистан, Бангладеш, Лаос, Папуа-Новая Гвинея). В 2008 году разница в уровне жизни в этих странах, по всей видимости, в большей степени зависела от политики правительств, чем от распределения природных ресурсов.

Индия — другой азиатский гигант — попыталась совершить экономический скачок, не отказываясь от уважения к гражданским и политическим правам. Однако индийским властям не удалось соблюсти права малоимущих горожан и оказавшихся на обочине сельских жителей, в том числе безземельных фермеров и «адиваси» (аборигенов), возражающих против эксплуатации принадлежащих им земель и других ресурсов в промышленных проектах. В ряде штатов власти в обход закреплённых в Конституции исключительных прав «адиваси» на некоторые территории отдали эти земли под разработку полезных ископаемых и другие проекты развития. В Ориссе, одном из беднейших штатов Индии, соперничество за ограниченные ресурсы усугублялось политическими дрязгами вокруг прав «адиваси», свободы вероисповедания и планов правительства по развитию экономики. Как следствие штат захлестнула волна насилия, в результате чего не менее 25 человек погибли и ещё не менее 15 тысяч (в основном спасавшиеся от гонений христиане) стали вынужденными переселенцами. Тысячи человек лишились возможности получать необходимую медицинскую помощь, образование и жильё.

Коренные народности в Бангладеш также страдали от действий властей. Пока внимание прессы было приковано к борьбе между временным правительством, которое поддерживают военные, и давними политическими лидерами, за кулисами правительство по-прежнему поддерживало бенгальских поселенцев, захватывающих земли коренной народности джумма из Читтагонг-Хилл-Трактс.

В октябре Азиатский банк развития выступил с предостережением о том, что около 2 миллионов камбоджийцев могут быть ввергнуты в нищету из-за роста цен на продукты питания, топливо и другие товары на фоне мирового финансового кризиса. И это притом что 4,5 миллиона человек — почти треть населения страны — уже живут за чертой бедности. Более 4000 семей в Пномпене, проживающих вокруг озера Боеунг-Как (многие — в лачугах), оказались под угрозой выселения в связи с превращением озера в мусорную свалку. Жителей не уведомили о том, что 26 августа 2008 года начнётся захоронение отходов; когда это произошло, протестующие столкнулись с угрозами со стороны местных властей и сотрудников компании. В то же время полиция Пномпеня активизировала ночные облавы на изгоев общества, подвергая произвольным арестам проституток, бездомных и нищих.

«Арест одного должен запугать сотни тысяч других, чтобы они не решились продолжать борьбу и снова защищать свои права… Я считаю, что это несправедливо по отношению к камбоджийскому народу» - Оеун Сарим, крестьянин и правозащитник, о систематических арестах борцов за земельные права в Камбодже, февраль 2008 года

В Северной Корее миллионы людей столкнулись с невиданным голодом, какого не было уже целое десятилетие. В наиболее уязвимом положении оказались женщины, дети и престарелые. Тысячи человек продолжали уходить в Китай в поисках пропитания и по иным экономическим причинам. Тех из них, кого арестовывали и насильно возвращали на родину, ждали принудительные работы, пытки и жестокое обращение в трудовых колониях. Правительство Северной Кореи ничего не предпринимало для исправления этой ситуации и (из-за натянутых отношений между двумя государствами) даже не обратилось за помощью к Южной Корее — крупнейшему донору риса и удобрений на протяжении последних лет.

Незащищённость

В 2008 году ни одна страна региона официально не находилась в состоянии войны, но из-за конфликтов между правительствами и вооружёнными оппозиционными группировками по всей Азии жизнь десятков тысяч человек подвергалась опасности. Миллионы людей не могли рассчитывать на медицинскую помощь, образование, жильё и питание. Эти конфликты, по крайней мере отчасти, можно было отнести к этническим, поскольку нередко одна этническая группа с оружием в руках выступала против другой группы, требуя равного или большего доступа к ресурсам.

Независимо от причины конфликтов больше всего от них страдали именно мирные жители, особенно те, кто уже подвергался дискриминации по признаку пола, национальности, вероисповедания, кастовой принадлежности или социального положения.

Жители Афганистана, Пакистана, Шри-Ланки, Мьянмы, южной части Таиланда и южной части Филиппин подвергались значительной опасности из-за действий вооружённых сил — как правительственных, так и антиправительственных, — зачастую попиравших основные законы ведения войны.

«Мы сможем успокоиться только тогда, когда близкий человек будет освобождён и вернётся к нам целым и невредимым… Я убеждена, что моего мужа держат всего в трёх километрах от дома, однако он продолжает неизвестно как страдать от жестокого обращения» - Амина Масуд Джанджуа, жена «исчезнувшего» Масуда Джанджуа, Пакистан, июль 2008 года

Миллионы афганцев, проживающих на юге и востоке Афганистана, терроризируемые «Талибаном», другими повстанческими группировками и местными ополченцами, якобы лояльными правительству, страдали от незащищённости. Постоянно сокращались их и без того ограниченные возможности добывать продовольствие, получать медицинское обслуживание и школьное образование, особенно для девушек и женщин. В 2008 году в Афганистане был установлен очередной кровавый рекорд: около 1400 человек погибли непосредственно в результате боевых действий, а десятки тысяч человек покинули дома, спасая свои жизни. Как правило, они оседали в трущобах сравнительно безопасных и обеспеченных крупных городов, таких как Кабул и Герат. В большинстве случаев мирные граждане получали ранения в результате действий «Талибана» и других антиправительственных группировок, однако и 60-тысячный международный контингент в Афганистане продолжал наносить авиационные удары и совершать ночные рейды, от которых страдали мирные жители и их имущество. Естественно, это не могло не вызывать народный гнев.

Правительство Афганистана не смогло обеспечить правопорядок и удовлетворение элементарных потребностей миллионов афганцев даже в районах, находившихся под контролем властей. «Талибан» и другие антиправительственные группировки распространили своё влияние более чем на треть территории страны. Они снова лишили девушек возможности получать образование и медицинскую помощь и стали навязывать свои жестокие представления о правосудии, нередко подразумевающие публичные казни и порку. Как следствие, несмотря на некоторые подвижки в распространении школьного образования и базового здравоохранения, жизнь большинства афганцев была тяжкой и короткой. Средняя продолжительность жизни не превышала 42,9 года, материнская смертность снова стала одной из самых высочайших на планете, а средний доход на душу населения составил всего 350 долларов США в год — один из самых низких в мире показателей.

Дестабилизация выплеснулась за границы страны и захлестнула большие районы в Пакистане. Она затронула не только территории племён на границе с Афганистаном, но и всё больше распространялась на другие части страны. Пакистанские талибы захватывали заложников, нападали на мирных жителей и убивали их, совершали надругательства над женщинами и девушками. К концу года пакистанские отряды «Талибана» взяли под свой контроль большие приграничные территории племён, а также долину Сват — населённую область за пределами территорий племён в пределах досягаемости Исламабада. «Талибан» закрыл множество школ для девочек, больниц и других предприятий, считающихся недостаточно благочестивыми, таких как музыкальные магазины. Неудивительно, что средняя продолжительность жизни людей, особенно женщин и девушек, в племенных районах Пакистана была меньше, чем в других частях страны. Младенческая и материнская смертность здесь была выше, а образование — значительно хуже.

В феврале в Пакистане пришло к власти недавно избранное гражданское правительство, пообещавшее серьёзно улучшить ситуацию с правами человека в стране. Правительство Президента Зардари выполнило некоторые из своих обещаний, однако оказалось столь же беспомощным в обуздании растущей угрозы общественной безопасности, как и военное правительство генерала Первеза Мушаррафа. К концу года оно демонстрировало ту же катастрофическую нерешительность, что и предыдущее правительство, колеблясь между сдачей значительной части населения Пакистана на милость мятежных группировок и политикой выжженной земли — карательных мер против местных жителей, не приводивших к существенному снижению боеспособности антиправительственных группировок.

По всей Азии мирные жители оказывались меж двух огней, страдая от действий как про-, так и антиправительственных сил, ни во что не ставивших их благополучие. Волны насилия время от времени захлёстывают южную часть Таиланда уже целое столетие, отражая систематическое попрание избирательных прав местного населения — в основном малайцев по национальности и языку и мусульман по вероисповеданию. Это один из беднейших и неразвитых районов Таиланда, население которого уже длительное время сопротивляется попыткам принудительной ассимиляции со стороны центрального правительства и буддийского большинства Таиланда. Повстанцы прибегают к жестоким методам, таким как обезглавливание буддистов, нападения на школы, а также другие виды нападений. Однако грубые действия правительства по наведению порядка, включая пытки и жестокое обращение с подозреваемыми мусульманами, озлобляют местное население и приводят к новым нарушениям прав человека.

Сходный комплекс причин не давал угаснуть конфликту на острове Минданао (Южные Филиппины). Мусульмане, ощущая себя лишёнными избирательных прав и влияния на правительство, которыми обладает преимущественно христианское население страны, страдали от существенно более низких темпов экономического развития. После провала мирных переговоров между правительством Филиппин и Исламским фронтом освобождения Моро (ИФОМ) в августе снова вспыхнуло насилие, во время которого обе стороны нарушали права человека и международное гуманитарное право. Число гражданских лиц, непосредственно пострадавших от последнего обострения военных действий, резко возросло, и прекращения этому не предвидится. После нападений ИФОМ в августе 2008 года на мирное население в районах, где проживают преимущественно христиане или смешанное христианско-мусульманское население, более 610 тысяч человек бросили свои деревни, спасаясь как от прямых атак со стороны ИФОМ, так и от боёв между ИФОМ и силовыми структурами. Около 240 тысяч из них впоследствии вернулись в свои дома, после того как филиппинская армия объявила их деревни безопасными. По возвращении многие обнаружили, что их дома сожжены, а скот угнан, и они по-прежнему живут в страхе.

«Я ещё была молодой, когда нам впервые пришлось эвакуироваться. Потом, когда у меня были маленькие дети, нам пришлось эвакуироваться снова. Теперь у меня трое внуков, но ничего не изменилось» - 63-летняя женщина из числа вынужденных переселенцев из провинции Северный Котабато, Филиппины, август 2008 года

В Мьянме, несмотря на то что политика правительства ввергла всё население страны в нищету, ГСМР с особой жестокостью обращался со 135 этническими и религиозными меньшинствами страны, суммарно составлявшими почти треть населения. Армия Мьянмы по-прежнему вела наступательные действия против гражданского населения из числа каренов в штате Кайин (Карен) и округе Баго (Пегу). С ноября 2005 года, когда правительственные силы начали боевые действия, свыше 140 тысяч каренов были убиты или пострадали от пыток, принудительного выселения, сексуального насилия и принуждения к труду, в том числе к выполнению опасных работ во время военных учений, таких как обезвреживание мин. Кроме того, власти массово и систематически нарушали и другие их права, и международное гуманитарное право, что равносильно преступлениям против человечности.

Ещё один «забытый конфликт» 2008 года разразился между правительством Шри-Ланки и «Тиграми освобождения Тамил-Илама» (ТОТИ). Многочисленное тамильское население острова уже давно недовольно политической и экономической дискриминацией со стороны правящего сингальского большинства. На протяжении почти десяти лет ТОТИ прибегали к насильственным методам борьбы, таким как подрывы мин в людных местах и принудительная вербовка детей-солдат, добившись фактической независимости своего государства на севере и востоке острова. Но это не принесло счастья тамильскому населению, потому что ТОТИ не терпели оппозиции. К концу 2008 года правительство Шри-Ланки одержало ряд военных побед; свержение анклава оставалось вопросом времени. Почти всё тамильское население северной части острова, известное как ванни, —более четверти миллиона человек — покинуло свои дома в поисках прибежища. Многие из них, если не большинство, уже несколько раз лишались крова из-за военных действий, в том числе в предыдущие годы, а некоторые пережили разрушительное цунами 2004 года на побережье Индийского океана.

Правительство Шри-Ланки не допускало в зону конфликта работников международных гуманитарных организаций и журналистов, стремившихся засвидетельствовать тяжкую долю и помочь людям, оказавшимся между молотом и наковальней. В свою очередь, попавшие в окружение ТОТИ эксплуатировали местных жителей на принудительных работах, для пополнения численности своих подразделений или как заслон от приближающихся войск Шри-Ланки.

Исключение

Даже в тех случаях, когда дискриминация по этническому признаку не приводила к вооруженному конфликту, она оставалась обычным элементом общественного устройства в Азиатско-Тихоокеанском регионе, от самых обеспеченных стран до самых бедных. В феврале правительство Австралии принесло исторические извинения «украденным поколениям» — аборигенам и островитянам Торресова пролива, которых в детстве принудительно отнимали у родственников в соответствии с тогдашними законами и политикой правительства. Однако правительство заявило, что не намерено учреждать фонд для выплаты компенсации или возмещать причинённый ущерб в какой-либо иной форме.

Правительство самой молодой республики в мире — Непала — прилагало большие усилия, чтобы выполнить своё обещание об улучшении жизни непальцев, в течение многих поколений страдавших от лишений, явившихся следствием официальной политики. Маоисты, имеющие большинство в правительстве, накопили свой политический капитал во многом благодаря защите прав женщин, низших каст и малоимущих. При этом с наибольшими трудностями они столкнулись в равнинной южной части страны, где проживали многочисленные представители народности мадхези, считавшие, что новое правительство не уделяло достаточного внимания их застарелым проблемам.

«Мы постоянно в опасности. Нам нужна поддержка государства, поддержка полиции. Если мы сообщаем о случае насилия, то хотим, чтобы полиция принимала меры, а не игнорировала нас» - Мохна Ансвари, мусульманский адвокат и правозащитница, Непалгандж, Непал, ноябрь 2008 года

Многочисленные этнические меньшинства Китая в западной части страны (в населённых тибетцами областях и Синьцзян-Уйгурском автономном районе с преобладающим мусульманским населением) по-прежнему подвергались систематической дискриминации. В обеих областях в 2008 году произошли сильнейшие за последние годы волнения. Протесты тибетских монахов 10 марта, за которыми последовали протесты других монахов, привели к приостановке правительственной пропаганды и ослаблению ограничений на отправление религиозных обрядов. Насилие вспыхнуло, когда к протестующим монахам присоединились светские тибетцы, выражавшие недовольство давними проблемами. В частности, они считали, что их лишают возможности наравне со всеми пользоваться благами экономического развития, а политика правительства приводит к угасанию тибетской культуры и национальной самобытности. Некоторые участники протестов нападали на приезжих ханьцев и принадлежащие им предприятия в городе Лхаса, но в целом протесты в разных районах Тибета проходили мирно. В итоге китайские власти сообщили о том, что 21 человек погиб в результате нападений со стороны демонстрантов, хотя, по данным зарубежных тибетских организаций, было убито более 100 тибетцев. Китайские власти заявили, что свыше 1000 человек, задержанных во время протестов, были освобождены, однако, по оценкам зарубежных тибетских организаций, как минимум несколько сотен человек по состоянию на конец года оставались под стражей. Точные цифры определить трудно, потому что власти запретили въезд в регион журналистам и независимым наблюдателям.

В Синьцзяне 14 августа Ванг Лекван, секретарь Коммунистической партии Китая в Синьцзяне, объявил о борьбе «не на жизнь, а на смерть» с «сепаратизмом» уйгурских мусульман. Власти сослались на ряд инцидентов, сопровождавшихся насилием со стороны якобы террористов, чтобы оправдать неизбирательные гонения. Власти по-прежнему жёстко контролировали религиозную жизнь, в том числе запрещали всем государственным служащим и их детям молиться в мечетях. По сообщениям китайских властей, на протяжении года свыше 1300 человек были арестованы по обвинениям в терроризме, религиозном экстремизме и других нарушениях законов о государственной безопасности. Официальные обвинения были предъявлены в 1154 случаях; эти людям грозил суд либо административное наказание.

Право быть услышанными

К концу года, когда из-за спада в мировой экономике люди начали терять работу и средства для приобретения еды и прочих необходимых вещей, включая оплату жилья, образования и медицинских услуг, массы людей во всём Азиатско-Тихоокеанском регионе призвали свои правительства к ответу. Однако вместо того чтобы удовлетворить потребности населения, власти стремились заглушить неудобные голоса. Эта тенденция ещё более усугубила нетерпимость к свободе слова, давно характерную для правительств многих стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Наиболее ярко эта тенденция проявилась в Северной Корее и Мьянме, где уже на протяжении многих лет свобода выражения мнений находится под полным запретом.

Китайские власти временно ослабили ограничения на свободу СМИ в преддверии Олимпийских игр. Они предоставили иностранным журналистам небывалую свободу в освещении событий и временно разблокировали сайты таких организаций, как Amnesty International и Би-Би-Си. Тем не менее к концу года, когда народное недовольство набрало силу, китайские власти снова стали заглушать голоса своих критиков и запугивать их. Лица, подписавшие «Хартию-08» с призывом к фундаментальным реформам в сфере законодательства и политики, оказались под пристальным вниманием правительства, а несколько членов этой группы пострадали от гонений и жестокого обращения. По крайней мере один из подписавших хартию — Лю Сяобо — в конце года оставался под стражей после произвольного ареста. К началу 2009 года сайт Amnesty International, как и многие другие сайты, был снова заблокирован.

Во Вьетнаме продолжались гонения на сторонников «Блока 8406» — демократического движения в интернете, а также других несанкционированных групп, призывающих к демократии и соблюдению прав человека. Многим членам таких групп были предъявлены обвинения по статье 88 Уголовного кодекса за «пропаганду против Социалистической Республики Вьетнам». Кроме того, их обвинили в совершении таких преступлений, как «злоупотребление демократическими свободами с целью посягнуть на государственные интересы…»

Нападки на свободу слова происходили не только в социалистических государствах. Правительство Сингапура продолжало злоупотреблять законами о клевете, стремясь заглушить критику: журнал «Фар истерн экономик ревью» был признан виновным в клевете на премьер-министра Ли Сиен Луна, а против азиатского издания «Уолл стрит джорнал» в сентябре был подан иск за то, что издательство подвергло сомнению независимость судебной системы. Девятнадцать активистов движения против бедности были обвинены в устроении несанкционированных митингов.

В Таиланде резко возросло количество лиц, обвиняемых в оскорблении монарха. Закон запрещает любые высказывания или действия, порочащие, оскорбляющие или представляющие угрозу для королевской семьи. Временное правительство Фиджи в августе объявило о намерении учредить трибунал по делам СМИ с целью «усилить регулирование» прессы.

Шри-Ланку — страну некогда процветавших СМИ — захлестнула волна нападений на журналистов и работников печати. Не менее 14 работников СМИ были незаконно убиты в Шри-Ланке с начала 2006 года. Другие подвергались произвольным задержаниям и пыткам или, по сообщениям, становились жертвами насильственных исчезновений во время содержания под стражей. Более 20 журналистов покинули страну из-за угроз расправы.

Заключение

Оказавшись под усиливающимся политическим и экономическим давлением, многие люди в Азиатско-Тихоокеанском регионе обратили свои взоры к международной системе прав человека как механизму, способному поддержать их в борьбе за достойную жизнь для себя и других.

АСЕАН забыла о своём давнем нежелании говорить на языке прав человека и своевременным вмешательством помогла добиться того, что пострадавшие от циклона «Наргис» получили спасительную помощь. Что не менее важно в долгосрочной перспективе, в ноябре вступил в силу устав АСЕАН после того, как его ратифицировали все десять государств-членов. В уставе зафиксированы обязательства членов этой организации соблюдать права человека; это открывает беспрецедентную возможность для АСЕАН учредить эффективный правозащитный орган. В декабре народные избранники на Азиатско-Тихоокеанском форуме парламентариев единогласно поддержали инициативу по созданию регионального правозащитного механизма. Это решение стало важным шагом вперёд для всего Азиатско-Тихоокеанского региона.

Обе эти инициативы — заслуга активистов-правозащитников в Азии и Тихоокеанском регионе, давно и неустанно добивавшихся перемен. Несмотря на грубые действия правительств, из-за которых правозащитники зачастую подвергались большой опасности, эти люди не прекращали отстаивать права тех, кто страдал от лишений и произвола. Во многих точках всё больше и больше активистов и критиков правительства использовали интернет как платформу для выражения инакомыслия и привлечения новых сторонников. В Китае интернет обрёл огромную популярность, что позволило людям делиться информацией о действиях правительства, а некоторым смельчакам — и призывать к реформам. Точно так же во Вьетнаме храбрые активисты всё чаще прибегали к помощи блогов, чтобы донести до аудитории своё несогласие с политикой правительства и потребовать перемен. В Малайзии и Сингапуре — странах, где свобода слова жёстко подавляется, — блогеры остаются основным независимым источником сведений, аналитики и критических обзоров. И за это им проходится расплачиваться.

Корнем, питающим подобные усилия, является убеждение в том, что абсолютно каждый человек обладает достоинством и правами. События 2008 года наглядно продемонстрировали, что эта идея овладела умами масс в странах Азиатско-Тихоокеанского региона.