Несмотря на заявленное властями стремление расширять права граждан, реальные подвижки в области соблюдения прав человека отсутствовали. Власти по-прежнему отказывались разрешить проведение независимого международного расследования по факту убийства сотен людей в городе Андижане в 2005 году. Свобода выражения мнений и свобода собраний всё более ограничивались. Не было заметно, что давление на правозащитников, активистов и независимых журналистов хоть сколько-нибудь уменьшилось. Постоянно поступали сообщения о том, что пытки и жестокое обращение с задержанными и заключёнными носят повсеместный характер. Коррумпированность сотрудников правоохранительных и судебных органов способствовала распространению безнаказанности. Несколько тысяч человек, приговорённых к длительным срокам тюремного заключения за принадлежность к запрещённым исламским организациям и движениям, находились под стражей в условиях, которые могут быть приравнены к жестокому, бесчеловечному и унижающему достоинство обращению. Власти по-прежнему активно добивались выдачи членов и предполагаемых членов запрещённых исламских партий и движений. Несмотря на президентский указ, предусматривающий отмену смертной казни с января 2008 года, власти страны отказались присоединиться к мораторию на исполнение смертных приговоров.
Краткая справка
Продолжилось ухудшение социально-экономической ситуации в стране, что привело к дальнейшему росту и без того высокого уровня бедности. По данным ООН, без малого 30% населения жили за чертой бедности. Хотя по официальным данным уровень безработицы составлял 3%, по сведениям Всемирного Банка и других экономических обозревателей, число безработных приближалось к 40%.
Сотни тысяч людей, покинувших страну в поисках работы в Казахстане и Российской Федерации, нередко вынуждены работать в качестве нелегальных мигрантов на стройках и рынках. Многим приходится жить и работать в тяжёлых условиях, у них низкие заработки, их избивают и подвергают дискриминации, они лишены прав на защиту, охрану здоровья и жильё. По мнению некоторых наблюдателей, именно бедность и сопутствующая ей дискриминация являются причиной того, что запрещённые исламские движения и организации, таких как «Хизб-ут-Тахрир», набирают всё больший вес.
Усиливалось давление на международные СМИ и неправительственные организации (НПО). В июле власти отказались продлить визу и разрешение на работу директору узбекского филиала организации Human Rights Watch. Уголовному преследованию по обвинению в уклонении от налогов подверглись три местных корреспондента немецкого радио и телевизионной станции «Дойче велле», чьи репортажи содержали критику властей. Под угрозой возможного лишения свободы один из журналистов покинул страну.
В преддверии назначенных на декабрь президентских выборов всё труднее становилось получить независимую информацию, так как независимые и поддерживающие оппозицию сайты оказались, по сути, блокированными.
Несмотря на то, что конституцией предусмотрено лишь два президентских срока, выборы в третий раз подряд выиграл Президент Ислам Каримов, получивший почти 90% голосов избирателей.
Пристальный интерес мирового сообщества
По прошествии двух лет после гибели сотен людей в Андижане, когда сотрудники силовых структур открыли беспорядочную стрельбу преимущественно по мирным демонстрантам, власти по-прежнему отказывались разрешить независимое международное расследование этих событий. Тем не менее, они согласились начать второй раунд переговоров с представителями Евросоюза (ЕС) в столице страны Ташкенте в апреле.
В мае, в преддверии сессии Совета ЕС по общим делам и внешним сношениям (СОДВС), в Ташкенте состоялся первый официальный диалог между ЕС и Узбекистаном по проблеме прав человека.
СОДВС вновь выразил серьёзную обеспокоенность ситуацией в области прав человека в Узбекистане, связав возможность снятия санкций со страны с соблюдением международных стандартов в области прав человека. По решению СОДВС, санкции против Узбекистана были продлены. Запрет на выдачу виз 12 узбекским официальным лицам был продлён на шесть месяцев в отношении восьми из них, осталось в силе и эмбарго на торговлю оружием. В ответ на решение СОДВС, Министерство иностранных дел Узбекистана выступило с официальным заявлением, назвав решение ЕС «необоснованным и предвзятым», а также «инструментом непрекращающегося давления на Узбекистан, скрытого под правозащитной риторикой». Вопреки принятому в мае решению и несмотря на несогласие некоторых государств-членов, в октябре СОДВС проголосовал за приостановление запрета на выдачу виз восьмерым оставшимся должностным лицам на шесть месяцев. Тогда же СОДВС призвал освободить всех, находящихся в тюрьмах правозащитников, не упомянув, однако, особо необходимость проведения независимого международного расследования событий в Андижане.
В марте Совет ООН по правам человека (СПЧ) проголосовал за принятие рекомендаций Рабочей группы по ситуациям исключить Узбекистан из числа стран, контролируемых в рамках конфиденциальной Процедуры СПЧ № 1503. Это означало прекращение мандата Независимого эксперта ООН по Узбекистану, назначенного согласно конфиденциальной Процедуре № 1503, а также то, что СПЧ больше не будет уделять Узбекистану особое внимание.
В ноябре Комитет ООН против пыток (КПП) опубликовал свои окончательные выводы и рекомендации по итогам рассмотрения Комитетом третьего периодического отчёта Узбекистана. КПП приветствовал принятие принципа обязательного присутствия подсудимого в суде («хабеас корпус») и призвал Узбекистан «проявить полную нетерпимость в отношении сохраняющейся в стране проблемы применения пыток и практики безнаказанности».
Правозащитники
Положение правозащитников и независимых журналистов продолжало ухудшаться. Власти ещё более ограничили свободу слова, собраний и передвижения в период подготовки к декабрьским выборам президента. В начале 2007 года двух правозащитников и активиста оппозиционной политической организации приговорили к длительным срокам лишения свободы по обвинениям, которые, по всей видимости, носили политически-мотивированный характер. Все три дела были прямо или косвенно связаны с андижанскими событиями 2005 года.
По меньшей мере, 14 правозащитников, приговорённых к лишению свободы по итогам несправедливых судебных процессов, продолжали отбывать длительные сроки тюремного заключения в условиях, которые могли считаться жестокими, бесчеловечными и унижающими достоинство. Некоторые из них, по имеющимся сведениям, подвергались в заключении пыткам и иным формам жестокого обращения. Те правозащитники и журналисты, которых не вынудили покинуть страну и не заключили под стражу, находились под постоянным надзором правоохранительных органов. Правозащитников вызывали на допросы в местные отделения милиции, помещали под домашний арест, а также иным образом препятствовали их общению с иностранными дипломатами и делегациями, мешали принимать участие в мирных демонстрациях.
Правозащитники и журналисты, как и ранее, сообщали об угрозах со стороны сотрудников силовых структур. Некоторые из них сообщали о нападениях, избиениях и задержаниях сотрудниками правоохранительных органов или людьми, предположительно работающими на силовые ведомства. Родственники правозащитников заявляли об угрозах в свой адрес и преследовании со стороны сотрудников силовых ведомств, при этом многих из них задерживали с целью оказания давления на правозащитников. На протяжении года не раз имели место вызывающие тревогу попытки властей склонить обвиняемых к отказу от сотрудничества с НПО в обмен на условный приговор.
- В декабре Ихтиора Хамроева, 22-летнего сына руководителя Общества прав человека Узбекистана в Джизакской области - Бахтиора Хамроева, освободили из тюремного карцера, где он провёл 10 дней. Ихтиор Хамроев рассказал отцу, что его избили и заперли в карцер и что он порезал себе живот в знак протеста. Его приговорили к трём годам тюремного заключения в сентябре 2006 года по итогам несправедливого судебного процесса. Предполагалось, что причиной ареста стала правозащитная деятельность его отца. Возможно, что Ихтиора избивали в качестве мести его отцу за антиправительственные высказывания, которые тот позволил себе на состоявшейся в ноябре в Дублине (Ирландия) конференции по проблемам правозащитного движения.
- В январе Расулу Таджибаеву предоставили второе свидание с сестрой - правозащитницей Мутабар Таджибаевой, отбывающей наказание в ташкентской женской тюрьме. Её приговорили к восьми годам лишения свободы за экономические и политические преступления в марте 2006 года, а её ходатайство о пересмотре приговора было отклонено в мае 2006 года. По утверждению Мутабар Таджибаевой, ей отказывали в свиданиях с адвокатом и неоднократно помещали в одиночную камеру якобы за нарушения тюремного распорядка. В письмах, тайно передаваемых на волю, Мутабар Таджибаева рассказывала о жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство условиях и наказаниях, испытываемых ею самой и другими заключёнными. В марте Расула Таджибаева задержали, чтобы не допустить его участия в организованной в Ташкенте демонстрации за освобождение арестованных активисток. Кроме того, его выселили из квартиры и грозили выслать из Ташкента.
- В мае районный суд в городе Ташкенте после двухдневного разбирательства, не отвечавшего международным стандартам, приговорил правозащитницу и независимую журналистку Умиду Ниязову к семи годам тюремного заключения по обвинениям в нелегальном переходе границы, а также ввозе и распространении материалов подрывного характера. Восьмого мая Умиду Ниязову освободили в зале суда, после того как апелляционный суд смягчил приговор до трёх лет лишения свободы условно. На апелляционных слушаньях она признала себя виновной по всем трём обвинениям и обвинила международные организации в том, что те ввели её в заблуждение. Умида Ниязова работала переводчицей Human Rights Watch во время событий в Андижане в 2005 году и являлась сотрудницей этой организации на момент ареста. Ранее она сотрудничала с другими международными НПО.
- Гульбанор Тураеву, 40-летнюю правозащитницу и патологоанатома из Андижана, которая в интервью зарубежным СМИ подвергла сомнению официальную версию событий 2005 года в Андижане, в январе задержали на границе по дороге из Кыргызстана. Сообщали, что в её багаже обнаружили около 120 различных изданий, в том числе книги опального лидера запрещённой светской оппозиционной партии «Эрк». В апреле её приговорили к шести годам тюрьмы за попытку свержения конституционного строя и распространение подрывной литературы. Её также обвинили в клевете. По результатам второго процесса, состоявшегося в мае, Тураеву признали виновной и оштрафовали. В июне п&